Катар: человеческий жест после трагедии на поле

Накануне решающего матча в группе A сборная Катара жила не так тактическими схемами, как одной личной драмой. Assim Madibo, удалённый в разгромном поражении 0:6 от Канады за фол, после которого Ismael Kone сломал ногу, провёл вечер не на установке с командой, а в Ванкувере — у больничной койки соперника.

Kone, полузащитник Sassuolo, перенёс операцию и выбыл минимум на пять месяцев. На поле всё выглядело как страшный подкат, но Julen Lopetegui с самого начала настаивал: намерения злого не было, это был чистый игровой эпизод, закончившийся катастрофой.

«Это было очень тяжело для него», — сказал Lopetegui о Madibo во вторник днём.

Тяжело — видно было ещё в тот вечер: катарец покидал поле почти в слезах. Сейчас, по словам тренера, он в Ванкувере, рядом с Kone, пытаясь хотя бы так загладить вину за то, чего, по его убеждению, никогда не хотел.

Lopetegui повторил одно и то же дважды — словно самому нужно было в это ещё раз поверить: это был несчастный случай. Катарский штаб пожелал Kone скорейшего восстановления, но для Madibo последствия уже наступили: он дисквалифицирован на матч с Боснией и Герцеговиной в Сиэтле в среду. Там же не сыграет и Homam Ahmed, удалённый в той же игре. Катар входит в ключевой матч ослабленным, но с редким для турниров такого уровня человеческим сюжетом в раздевалке.

Иран: чёрные флаги, «#168» и война за пределами поля

Пока одни команды пытаются абстрагироваться от внешнего мира, Иран сделал прямо противоположный выбор. Подготовка к заключительному матчу группы G прошла под знаком трагедии, не имеющей к футболу прямого отношения, но определяющей настроение команды.

На тренировочной базе в Тихуане, Мексика, иранцы вышли на поле с чёрными угловыми флагами. На каждом — «#168». Эта цифра отсылает к удару по начальной школе в Минане на юге Ирана 28 февраля, в первый день войны США и Израиля против Ирана. По данным иранской стороны, погибли как минимум 168 человек, в основном дети. Удар приписали вооружённым силам США. Donald Trump недавно отреагировал на трагедию фразой: «Никто не делал этого намеренно. Ошибки случаются. Война — это мерзость».

Для иранской сборной это не просто фон. Ещё по прилёту в Мексику после сбора в Турции игроки появились с значками «#168» на лацканах пиджаков. Теперь тот же хэштег появился на флагах, на тренировочной форме, в словах.

Иран прибудет в Сиэтл из Тихуаны в среду в 11:30 по местному времени — всего за два дня до матча с Египтом, на который команда получила специальное разрешение на поздний въезд в США. Ранее её заставляли прилетать в Лос-Анджелес всего за 24 часа до игр с Новой Зеландией и Бельгией, и главный тренер Amir Ghalenoei уже назвал Иран «самой угнетаемой» командой турнира.

Матч с Египтом в Сиэтле станет официальным Pride Match этого чемпионата мира. Иран и Египет жаловались в Fifa на то, что им придётся играть на фоне прайд-уикенда города и сопутствующих акций. Но турнирный календарь никто не менял.

В Лос-Анджелесе, после ничьей с Бельгией, иранцы оставили в раздевалке стадиона Los Angeles Stadium рукописную записку — ещё один манифест, в котором снова всплыло «#168». Там было и обращение к истории: «От древней Персии тысячелетней давности до цивилизованного Ирана сегодняшнего дня дух Ирана остаётся живым и непоколебимым». Команда поблагодарила город за приём и болельщиков — «за сердце, голос и душу», отданные сборной за 180 минут в Лос-Анджелесе. Завершалась записка пожеланием: пусть между народами восторжествуют мир, уважение и дружба.

Тем временем регламент Fifa предельно жёсток: на экипировке запрещены политические, религиозные или личные лозунги, изображения и заявления. За нарушение — санкции для игроков и команд. Иранские чёрные флаги с «#168» попадают в серую зону, и реакция Fifa пока неизвестна. Организаторы чемпионата за комментарием уже обращались к федерации.

На тренировке во вторник у Ирана был и более привычный футбольный момент: бывший вингер Brighton Alireza Jahanbakhsh получил памятную именную футболку — за 100 матчей за национальную команду, юбилейную сотню он набрал как раз в игре с Бельгией.

Иран входит в решающий отрезок турнира с двумя параллельными сюжетами: борьбой за выход из группы и борьбой за право говорить о том, что происходит дома. Вопрос в том, сколько политики Fifa позволит вынести на газон.